4+
Нильс Паулли Краузе-Йенсен родился 19 мая 1894 года в деревне Ааструп, что расположена к северо-востоку от города Орхус. Отец будущего авиатора Сёрен и мать Ане Мари были владельцами крупной фермы Бёгели, приносившей хороший доход, так что пятеро детей четы Краузе-Йенсен росли в благополучии и получали достойное воспитание. Как старший ребенок в семье, Нильс считался наследником, который в дальнейшем примет управление фермой, однако же судьба распорядилась совсем иначе. В 1913 году он окончил Орхусскую кафедральную школу – одно из старейших учебных заведений, открытое еще в XIII веке, среди выпускников которого было немало знаменитых людей – после чего поступил в Политехнический колледж, находившийся в столице страны городе Копенгаген. Там молодой человек начал учиться на инженера, но, к крайнему неудовольствию своих родителей, отчислился по собственной инициативе всего через полгода. А причиной тому было страстное желание стать летчиком и пилотировать аэропланы.


Впервые Нильс увидел самолет в 1909 году во время проходившей в Орхусе Датской национальной выставки. Это был французский “Блерио” XI, пилотом которого являлся знаменитый пионер авиации Фердинанд Леон Делагранж. Демонстрационные полеты Делагранжа в Орхусе длились совсем недолго, и наиболее продолжительный из них занял всего 15 минут, однако зрелище летящей по воздуху крылатой машины произвело на Краузе-Йенсена неизгладимое впечатление. С того момента юный датчанин твердо решил, что и сам станет однажды покорителем неба. Шанс воплотить мечту в реальность представился скоро. В феврале 1914 года Нильс и еще двое его земляков Уффе Петер Гёте Йенсен и Нильс Лет Йенсен отправились во Францию и приступили к обучению летному делу на аэродроме Виллакубле, где располагалась авиашкола самолетостроительной фирмы “Моран – Солнье”. Спустя шесть месяцев, 24 августа 1914 года, Краузе-Йенсен стал, наконец, обладателем лицензии гражданского пилота за номером 1726, выданной Аэроклубом Франции. Но прежде произошло событие, потрясшее все человечество – между ведущими мировыми державами началась Великая война.

Разумеется, трое новоиспеченных датских летчиков могли вернуться на родину и после начала боевых действий, однако вместо этого остались во Франции и подали прошение о зачислении добровольцами в ряды военно-воздушных сил этой страны. Такое решение, возможно, отчасти было обусловлено тем, что в середине XIX века между Данией и Пруссией произошло два вооруженных конфликта из-за спорных территорий герцогств Шлезвиг и Гольштейн. В этом противостоянии пруссаки одержали верх, так что даже спустя 50 лет многие датчане вспоминали об этом и не питали больших симпатий к своим южным соседям. Так или иначе, 3 сентября 1914 года Нильс получил лицензию военного пилота и спустя еще месяц направился для прохождения службы в эскадрилью MF 2, базировавшуюся в Вердене.

Прибытие нового сослуживца стало незаурядным событием для эскадрильи: во время перелета из Шомона в Верден у Нильса не было при себе карты, и по пути ему пришлось несколько раз приземляться, чтобы уточнить свое местоположение и нужное направление у местных жителей. Уже в сумерках, так и не добравшись до места назначения, он приземлился недалеко от линии фронта в расположении артиллерийской батареи, рассчитывая переночевать и утром продолжить свои поиски. Но тут в небе показался еще один летящий на небольшой высоте “Фарман”, и Краузе-Йенсен, недолго думая, снова поднялся в воздух и просто последовал за неизвестным коллегой. Этот самолет принадлежал как раз эскадрилье MF 2, и каково же было удивление ее пилотов и механиков, когда вместо одной крылатой машины на верденский аэродром приземлилось две. Датский доброволец произвел впечатление не только своим внезапным появлением: он не слишком хорошо говорил по-французски, из-за чего его порой сложно было понять, а еще выделялся очень высоким ростом. Кабина аэроплана определенно казалась тесноватой для такого здоровяка, и когда Нильс отправлялся в полет, его голова заметно возвышалась над ветровым козырьком.

С первых же недель пребывания на фронте Краузе-Йенсен демонстрировал незаурядные отвагу и мастерство. Хотя эскадрилья занималась в основном воздушной разведкой, он всегда брал в полет несколько небольших бомб и не упускал случая сбросить их на обнаруженные наземные цели. Так, в начале ноября Нильс и летавший с ним в качестве наблюдателя капрал Жорж Бабо произвели подобным образом несколько успешных атак, причем однажды даже попытались сбить бомбами (правда, неудачно) германский привязной аэростат, корректировавший огонь артиллерии.

В начале февраля 1915 года MF 2 сменила место дислокации и перебазировалась в Клермон-ан-Аргон. Тогда же вместо старого “Фармана” с 70-сильным двигателем Нильс получил новый аэроплан с мотором мощностью 80 лошадиных сил, способный поднимать больше бомб. На этой машине 22 марта датчанин провел свой первый воздушный бой.

К тому времени ни в одной из сражавшихся стран еще не существовало истребительной авиации, но летчики, встречавшие в воздухе вражеские аэропланы, все равно пытались атаковать их любыми доступными средствами, и порой одерживали победы. В тот весенний день Нильс и Жорж проводили обычный разведывательный полет, когда вдруг заметили приближающийся двухместный германский самолет-разведчик “Авиатик”. Как оказалось, неприятельский наблюдатель был вооружен скорострельным карабином, поэтому немцы решили попробовать сбить своих французских “коллег”. Однако сделать это оказалось не так просто.  Будучи реалистом, Краузе-Йенсен прекрасно понимал, что ни один пилот не застрахован от внезапного выхода своей техники из строя в результате поломки или вражеского огня. И на случай, если придется вынужденно садиться на занятой противником территории, всегда брал с собой в полет пару револьверов и саблю, чтобы не сдаваться без боя. На сей раз револьверы действительно пригодились. Завидев атакующий “Авиатик”, Нильс смело повернул навстречу, а затем немецкий и французский аэропланы начали кружить совсем рядом друг от друга, а их экипажи – обмениваться выстрелами. По счастью, эта стрельба не отличалась меткостью, так что вскоре противники израсходовали все патроны и направились каждый на свой аэродром. Правда, датчанина подобный исход не устроил: на следующий день, взяв побольше патронов, а заодно и карабин для Жоржа Бабо, он снова полетел в тот же самый район и примерно к тому же времени, рассчитывая встретить вчерашнего обидчика и как следует проучить. Видимо, немецкие летчики думали схожим образом, поскольку “Авиатик” действительно появился и охотно принял бой. Дальнейшие события развивались точно так же, как и накануне, с тою лишь разницей, что воздушный поединок продолжался дольше. После второй “ничьей” энтузиазм Нильса отнюдь не угас, так что Краузе-Йенсен еще две недели искал встречи со своим визави, но тщетно. Скорее всего, немцы решили, что шансы на успех исчезающе малы, и отказались от мысли возобновить дуэль.

Хотя попытки сбить германский самолет закончились безрезультатно, на французское командование эпизод произвел большое впечатление. 1 апреля 1915 года сержант Краузе-Йенсен и капрал Жорж Бабо были награждены за этот и ряд предыдущих подвигов “Военными медалями” – очень престижными наградами, которые по своему статусу уступают разве что Ордену Почетного легиона. После столь знаменательного события Нильс продолжил успешно воевать и демонстрировать чудеса отваги. Одной из его отличительных черт стала полная невосприимчивость к огню неприятельских зенитных орудий. Даже когда снаряды рвались совсем рядом с аэропланом, датчанин невозмутимо продолжал лететь прежним курсом, не совершая никаких маневров уклонения. Иногда он возвращался на аэродром на совершенно изрешеченной осколками машине, но всякий раз ни он сам, ни Жорж не получали ни царапины.

Жизнь Нильса едва не оборвалась 23 июня 1915 года, и случилось это вовсе не на фронте. В тот день Краузе-Йенсен находился на аэродроме Ле-Бурже, что в окрестностях Парижа, куда прибыл для освоения более быстрого, чем “Фарман”, самолета “Моран-Солнье”. Начав тренировочный полет, датчанин поднялся на высоту около 1000 метров, а затем от сильного бокового порыва ветра машина сорвалась в штопор. Все попытки восстановить управление ни к чему не привели, и в итоге “Моран” врезался в землю на окраине городка Гонесс. Каким-то чудом пилот остался жив и даже почти сразу пришел в сознание – во всяком случае, когда оказавшиеся поблизости горожане извлекали Нильса из-под обломков, он находил в себе силы давать им советы, как это лучше сделать. Но все же травмы были очень тяжелыми. Особенно пострадала правая часть головы, и когда авиатора доставили в госпиталь, врачи сразу поняли, что правый глаз героя поврежден фатально и его придется удалить. Казалось, теперь путь в небо для Нильса закрыт раз и навсегда, однако Краузе-Йенсен был другого мнения. Едва оправившись от полученных травм, он снова изъявил желание летать и воевать в составе своей эскадрильи. Правда, сделать это было не так просто. Восстановление заняло много времени, а в результате потери глаза авиатор утратил значительную часть поля зрения, и главное, он утратил бинокулярное зрение, позволяющее человеку точно определять расстояние до окружающих предметов. Поэтому после выписки из госпиталя он поначалу пилотировал очень неуверенно и смог вернуться к боевой работе лишь весной 1917 года. Так Краузе-Йенсен стал первым в истории авиации летчиком, который управлял самолетами, будучи слепым на один глаз.

За полтора года, прошедших с момента злополучного крушения под Ле-Бурже, изменилось очень многое. Военная авиация развивалась стремительными темпами, и к 1917 году в небе над Западным фронтом сходились в воздушных баталиях уже десятки самолетов, разительно отличавшихся от своих предшественников времен начала Великой войны. Под Реймсом, где сражалась эскадрилья Нильса, господство в воздухе оспаривала германская истребительная эскадрилья Jasta 36, и уже 13 апреля, во время своего второго вылета после возвращения в строй, датчанину довелось встретиться с этим опаснейшим противником. В тот день напарником Краузе-Йенсена был су-лейтенант Анри Кляв. Они вели разведку на многоцелевом двухместном аэроплане “Сопвич Страттер”, когда их внезапно атаковали три вражеских “Альбатроса”. Экипаж принял бой и провел его очень достойно. Хотя немецкие летчики добились множества попаданий, а Анри был серьезно ранен пулей, угодившей в бедро, Нильсу удалось перетянуть через линию фронта и уйти под защиту своих зенитных батарей. После приземления механики насчитали в “Сопвиче” 120 пробоин, а самолет восстановлению уже не подлежал. Но при этом Краузе-Нильсен заявил, что в ходе сражения ему удалось сбить из курсового пулемета одного из противников, и это подтвердили пехотинцы, наблюдавшие бой с земли. Победу официально засчитали, однако в тот день ни один немецкий самолет на том участке фронта не был потерян безвозвратно. Так что, скорее всего, датчанин смог лишь повредить “Альбатрос” или ранить пилота, из-за чего тот и вынужден был уйти вниз с резким снижением, принятым французскими солдатами за падение.

Летом 1917 года Нильс освоил новый трехместный двухмоторный бомбардировщик “Летор” 5 и начал совершать боевые вылеты на этом самолете. В одном из рейдов на территорию противника, состоявшемся 19 сентября, герой снова оказался на волосок от гибели. Когда экипаж появился над целью, германские зенитные орудия открыли шквальный огонь. Как обычно, Краузе-Йенсен не отклонялся от взятого курса и не совершал противозенитных маневров, что его, в итоге, подвело. Очередной снаряд разорвался совсем рядом с бортом аэроплана, осыпав “Летор” дождем осколков.  Несколько влетело в кабину, один попал пилоту в плечо, а другой – в голову, выбив глаз. По счастью, это был не здоровый левый глаз, а стеклянный правый, однако все равно ранение оказалось серьезным. Едва не теряя сознание от боли, Нильс изо всех сил старался сохранять контроль над своим аэропланом, в то время как его стрелок помогал датчанину остановить бегущую по лицу кровь, закрывая рану чистыми носовыми платками. Так летчики с трудом, но смогли вернуться на аэродром и благополучно совершить посадку, после чего Краузе-Йенсен  снова отправился в госпиталь, где врачам предстояло извлечь засевшие в глазнице фрагменты разбитого стеклянного глаза.

Когда Нильс все еще находился на излечении, в его жизни произошло радостное событие, скрасившее горечь пережитых невзгод: 7 октября французское командование наградило датского добровольца Орденом Почетного легиона. Таким образом, Краузе-Йенсен стал обладателем обеих высших военных наград Франции, и вдобавок к этому был произведен в лейтенанты. После выписки из госпиталя герой решил отдохнуть от фронтовых будней, взял отпуск и отправился на родину. Сделать это было не так уж сложно, поскольку Дания в войне не участвовала. Земляки, внимательно следившие по публикациям в прессе за подвигами Нильса, встретили его с восторгом, и тот провел дома три месяца прежде, чем снова вернулся на фронт.

24 марта 1918 года Краузе-Йенсен вновь отличился. Во время очередного вылета на разведку он слишком долго задержался в районе цели, и когда повернул обратно на базу, уже смеркалось. Над землей начал сгущаться туман, затруднявший ориентирование, и в довершение ко всему в одном из двух двигателей “Летора” случилась поломка.  Продолжать полет с одним исправным мотором на большой двухтонной машине было чрезвычайно трудно, так что Нильс стал подыскивать место для вынужденной посадки. Сквозь мглу и туман он едва мог видеть, что находится внизу, но наконец невдалеке показалась подходящая с виду поляна. Заглушив второй двигатель, авиатор начал спуск по спирали, и тут с ужасом обнаружил, что прямо по курсу показалась деревня, которую до того не было видно. Никакой возможности снова набрать высоту не представлялось, поэтому датчанин положился на свое мастерство и скорость реакции. Самолет пронесся над деревней, едва не задевая колесами крыши домов, чудом избежал столкновения с проводами линии электропередач, достиг поляны, а затем врезался в землю, поскольку Краузе-Йенсен немного запоздал с выравниванием. К счастью, траектория падения была пологой и все трое авиаторов, находившихся на борту “Летора”, отделались лишь испугом, ссадинами и ушибами. Спустя два часа они прибыли в эскадрилью на попутном автомобиле, чем немало удивили своих товарищей, уже считавших экипаж погибшим.

Свой последний боевой вылет Нильс совершил 18 мая 1918 года. В тот день он вместе с опытнейшим летчиком-наблюдателем капитаном Эженом Фэ отправился на аэроплане СПАД XI за линию фронта в разведывательный рейд. Когда самолет был уже над неприятельской территорией, в небе появилось восемь германских “Альбатросов”. Это были истребители эскадрильи Jasta 42, которые обнаружили одиночного разведчика и тут же атаковали его. Датчанину пришлось приложить все свое летное мастерство для того, чтобы уклоняться от атак, непрерывно следовавших со всех сторон одна за другой. Эжен Фэ яростно отстреливался от противников из пулемета, но вскоре перестал вести огонь. Немецкие пули то и дело оставляли пробоины в фюзеляже и крыльях СПАДа, одна из них ранила Нильса в плечо, и все же тому удалось каким-то чудом вырваться из смертельной ловушки и уйти от “Альбатросов”. Когда изрешеченный самолет, наконец, приземлился на аэродроме Муанкур, то оказалось, что капитан Фэ мертв – две пули попали ему точно в сердце. Лейтенант Краузе-Йенсен снова отправился в госпиталь, и хотя выписался оттуда спустя 20 дней, в сражениях больше не участвовал. Немцы записали победу над датским героем на счет Вальтера Бейера – хотя в бою участвовали все восемь “Альбатросов”, именно этот молодой и весьма одаренный летчик нанес машине Нильса наибольшее количество повреждений.

В ноябре 1918 года Великая война завершилась победой Франции и ее союзников. Боевые действия прекратились, однако Краузе-Йенсен не спешил вернуться на родину. Некоторое время он продолжал работать в авиационно-технической службе французских военно-воздушных сил, и демобилизовался лишь в конце февраля 1920 года. Затем Нильс перешел в гражданскую авиацию, стал пилотом двухмоторного пассажирского самолета “Голиаф” и летал на коммерческих авиалиниях на протяжении еще пяти лет. Впрочем, за это время он несколько раз все же посетил Данию. В частности, в мае 1919 года знаменитого авиатора пригласил на аудиенцию сам король Кристиан X, который вручил герою в торжественной обстановке Рыцарский орден Даннеброг – одну из высших военных наград страны.

В 1925 году Краузе-Йенсен покинул, наконец, Францию, ставшую для него практически второй родиной. Возвратившись в Орхус, он продолжил заниматься развитием гражданской авиации – теперь уже датской. На этом поприще Нильс добился немалых успехов, и в частности, сыграл заметную роль в организации прямого воздушного сообщения между Копенгагеном и Парижем. В начале 30-х годов Краузе-Йенсен обосновался в столице и вскоре сменил род деятельности, открыв предприятие, занимавшееся продажей строительных материалов. Это позволило иметь стабильный доход, причем даже во время Второй мировой войны – хотя в апреле 1940 года Дания была захвачена германскими войсками, оккупанты старались не слишком вмешиваться во внутреннюю жизнь страны, где по-прежнему продолжали работать и правительство, и все существовавшие ранее учреждения.
Проблемы у Нильса появились в июне 1945 года, когда мировая война уже завершилась. Стало известно, что в период оккупации он продавал строительные материалы не только своим датским партнерам, но и германским вооруженным силам. Общий объем этих поставок выражался суммой порядка 300 тысяч крон. Разумеется, в этом не было ничего сверхестественного, поскольку всегда и во все времена население любой оккупированной территории в той или иной степени вынужденно взаимодействовать с оккупантами, чтобы сохранять приемлемый уровень жизни и поддерживать работу экономики. Однако в случае с Краузе-Йенсеном победители рассудили иначе. Коммерческую деятельность героя-авиатора расценили, как преступление, и в декабре 1947 года Нильс был приговорен к 4 месяцам тюремного заключения. На суд ветеран Великой войны явился при всех своих наградах, а после вынесения приговора немедленно его обжаловал. Для этого ему пришлось заявить, что предприятие поставляло германской армии продукцию самого низкого качества, что являлось, скорее, саботажем, нежели честными сделками. В августе 1950 года дело Краузе-Йенсена было пересмотрено, и на этот раз суд его полностью оправдал. Правда, компенсацию за проведенное в тюрьме время Нильсу так и не выплатили. После того, как этот инцидент был исчерпан, бывший летчик продолжил спокойно заниматься коммерцией вплоть до выхода на пенсию. По-прежнему окруженный почетом и уважением, он прожил долгую жизнь и оставил сей мир 30 января 1970 года в возрасте 75 лет.

Насыщенная яркими героическими свершениями, биография Нильса Паулли Краузе-Йенсена не может не впечатлять. В годы Великой войны этот бесстрашный человек заслужил славу одного из лучших летчиков французской разведывательной и бомбардировочной авиации. Участник множества опаснейших боевых вылетов, он доставлял важные данные о неприятеле, наносил точные бомбовые удары и не раз с честью выходил из воздушных боев против знаменитых своей храбростью и мастерством германских пилотов. В знак признания столь выдающихся заслуг Нильс был удостоен самых высоких наград Франции, в числе которых были “Военная медаль”, Орден Почетного легиона, а также Военный Крест с одной серебряной и двумя бронзовыми Пальмовыми ветвями. После окончания мировой войны он еще долго не расставался с небом и внес немалый вклад в развитие европейских гражданских авиалиний. В историю мировой авиации Краузе-Йенсен также вошел, как самый первый летчик, начавший пилотировать самолеты, будучи слепым на один глаз.

Источник:https://michael-traurig.livejournal.com

4+

от admin