5+

4 июня(по новому стилю) исполняется 105 лет со дня начала последней стратегической наступательной операции Российской империи — так называемого Брусиловского прорыва. Обычно, в российской историографии его расписывают как некий триумф и блестящую победу русских войск. Однако, на мой взгляд, он заслуживает совсем иной оценки. Начало наступления Юго-Западного фронта под руководством генерала Брусилова было успешным, продолжение — неудачным, а завершение — катастрофичным.

В советско-российской историографии не принято акцентировать внимание на том, что конечными целями летнего наступления 1916 года являлись города Львов и Ковель, поскольку ни та, ни другая цель так и не была достигнута. Российским войскам удалось занять лишь незначительную часть территории, потерянной годом ранее в результате австро-германского прорыва у Горлицы и последующего «великого отступления».

Чрезмерно оптимистичные оценки Брусиловского прорыва в значительной мере базировались на двукратном завышении вражеских потерь в победных реляциях. Так, по российским данным, австрийцы потеряли в ходе операции миллион 200 тысяч солдат и офицеров, а немцы — 350 тысяч.

Между тем, согласно данным австрийского Кригсархива, реальные потери австро-венгерской армии составляли 616 тысяч человек убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести (Österreich-Ungarns letzter Krieg. Volume 5, Vienna 1934, p. 218), а по информации германского Рейхсархива, немецкие потери не превышали 148 тысяч, в том числе 20 тысяч пленных. Таким образом, совокупные потери противника составляли 764 тысячи человек

В свою очередь безвозвратные потери российской армии, в иностранных источниках, оцениваются от 800 до 980 тысяч человек. Цифра 980 000 человек, потерянных армиями ген. А. А. Брусилова, была указана французским военным представителем на Петроградской конференции февраля 1917 года ген. Н.-Ж. де Кастельно в рапорте французскому военному министерству от 25 февраля 1917 года. Очевидно, что это та официальная цифра, что была названа французам русскими коллегами самого высокого уровня — прежде всего, исполняющим обязанности Начальника Штаба Верховного Главнокомандующего ген. В. И. Гурко, и, по всей видимости, эта цифра является наиболее близкой к истине.  

В первые дни наступления российской армии удалось нанести австрийцам тяжелое поражение, захватить десятки тысяч пленных и за неделю продвинуться в направлении Ковеля примерно на 25 километров. Однако потом наступление стало пробуксовывать, его темпы резко замедлились и следующие 30 километров, отделявших российские передовые части от этого стратегически важного города, преодолеть так и не удалось.

Более того, второй этап наступления на Ковель, начавшийся 15 июля, вылился в кровавую и бесплодную бойню на реке Стоход, в которой войска генерала Брусилова понесли огромные потери, но не добились никаких результатов. В этих боях была окончательно уничтожена русская гвардия, что имело очень серьезные последствия для дальнейшей российской истории.

Ведь именно кадровая гвардия была главной опорой царизма в вооруженных силах. «Бесцельно и бессмысленно, ‒ вспоминал об этих боях капитан лейб-гвардии Семеновского полка Ю.В. Макаров, ‒ погибли наши лучшие люди…» Однако никакой ответственности за это ни Брусилов, ни его непосредственный начальник — генерал Алексеев не понесли. Наоборот, их продолжали славить как победителей.

А вот, что писал по этому поводу полковник лейб-гвардии Преображенского полка Ю.В. Зубов.

«В рядах Гвардии в те дни сильно удивлялись директивам, которые исходили от генерала Брусилова. Как будто нарочно посылались на убой части Гвардии в те места, которые не имели ни тактического, ни стратегического значения в развитии операций. Позднее мы узнали, что начальник штаба Его Величества генерал Алексеев требовал от генерала Брусилова этих бесполезных атак.
И если эти безумные требования генерала Алексеева сопоставить с решением некоторых лиц о необходимости дворцового переворота, то становится ясным, для чего генералам Алексееву и Брусилову понадобилось обескровить Гвардию. Позднее мы были свидетелями, что эти два генерал-адъютанта находились в центре заговора и первыми изменили своей присяге».

Так, кем же был генерал Брусилов? Посредственностью, которой однажды повезло или заговорщиком, сознательно уничтожавшим тех, кто мог помешать предстоящему свержению монархии? Хотя, возможно, и то и другое. Но то, что Брусилов в начале 1920 года, то есть, в разгар гражданской войны, добровольно вступил в Красную армию и сразу возглавил Особое совещание при главкоме РККА Троцком, наводит на определенные мысли. 

Автор: Вячеслав Кондратьев
Источники:
https://vikond65.livejournal.com
https://ru.wikipedia.org/
5+

от admin