«Панцерфаусты» против «Шерманов» и «Черчиллей»

2+

По сложившемуся к настоящему времени мнению, немецкие противотанковые гранатомёты были невообразимым ужасом для экипажей танков Союзников. За каждым углом и в каждом окне мог появиться пехотинец со сравнительно лёгким оружием, кумулятивная струя которого пробивала до 200 мм брони, чего теоретически хватало для поражения любого танка в любой проекции. Какова же была реальная эффективность противотанковых гранатомётов «Панцерфауст» и «Панцершрек», и что придумали в американских и британских войсках для борьбы с ними?

По горячим следам

После окончания войны тема потерь бронетанковой техники была тщательно изучена американским Отделом по исследованию боевого опыта (Operations Research Office — ORO), который обработал доклады о 12 140 подбитых американских и британских танках на всех театрах военных действий. Как и можно было ожидать, самым эффективным противником танков оказалась артиллерия — на неё пришлось 54% всех потерь. На втором месте оказались противотанковые мины, давшие ещё примерно 20%.

На третьем месте расположились… экипажи танков, поломавшие, утопившие, загнавшие в болота 13% от общего числа потерянных машин. Однако в данном случае на статистику мог влиять метод подсчёта потерь — так, в канадской армии и Корпусе морской пехоты США, где небоевые потери учитывались куда более тщательно, число вышедших из строя без воздействия противника танков колебалось в пределах 25–40%. В ходе боёв в горных районах Италии такие потери порой были выше, чем от огня артиллерии.

Оценка эффективности кумулятивных противотанковых гранатомётов также была непростой. На оружие этого типа пришлось всего 7,5% потерь, но, с другой стороны, массовое применение гранатомётов заметили только в начале 1944 года — тогда на гранатомёты относили 10% общих потерь бронетанковой техники. В Италии применение «Панцерфаустов» и им подобных гранатомётов достигло зенита весной 1945 года, когда они привели к 20–25% потерь бронетехники. В Европе процент потерь доходил до 25–35%, особенно в периоды преследования противника, когда количество других противотанковых средств, применяемыми немцами, сильно проседало.

В отличие от процента потерь, дистанция эффективного огня от театра военных действий не зависела. Повсюду «фаустники» вели огонь в среднем с 50 ярдов (45 метров), хотя в докладах зачастую вместо расстояния появлялись расплывчатые формулировки вроде «в упор», «с близкой дистанции», и т.д. В докладах фигурировали дистанции стрельбы с 10 до 100 ярдов. С расстояния выше 40 ярдов (36 метров) эффективность стрельбы из противотанковых гранатомётов существенно падала.

31% попаданий приходились на лобовую броню, 51% — на борта, 9,5% — на корму. Всего 8,5% приходилось на попадания в крышу танка, что неудивительно — при том, что множество случаев использования кумулятивных гранатомётов приходилось не на городские бои, а на сражения в бокаже — плотно посаженной живой изгороди.

Стоит обозначить разницу между безвозвратными и общими потерями. Иногда встречаются заявления, что попадание гранаты «Панцерфауста» в танк гарантировало пожар и его безвозвратную потерю от детонации боекомплекта, однако факты говорят об обратном. Танки, поражённые из гранатомёта, имели больший шанс вернуться в строй: по сравнению с 65% машин, которые загорались после попадания артиллерийского снаряда, лишь 61% поражений из гранатомёта приводили к тому же результату.

Подбитые кумулятивной гранатой танки не подлежали восстановлению всего лишь в 29% случаев, в то время как традиционная артиллерия посылала машину в утиль с вероятностью 49%. Следует отметить, что «Панцерфаусты» нередко применялись в засадах, в которых спасавшиеся из подбитых танков экипажи расстреливались из пулемётов. В то же время отмечалось, что хорошо обученный экипаж мог избежать потерь, особенно если покидал танк с личным оружием.

Кустарная защита

Танкисты довольно быстро оценили опасность, исходящую от немецких гранатомётов. Не желая ждать решения сверху, различные опыты по защите танков стали проводить прямо в частях. Так, в сводке штаба канадских бронетанковых сил в Италии от 18 июля 1944 года описаны результаты испытаний различных решений.

Первый вариант защиты был довольно замысловатым: экран толщиной 5 мм, установленный на расстоянии 12 дюймов (305 мм) от основной брони. Зазор заполняли мешками с песком. Этот вариант оказался эффективным: кумулятивная струя проделала в лобовой броне башни «Черчилля» с такой защитой лунку всего 12 мм глубиной. Сам по себе экран без мешков не помогал, отдельно от экрана мешки с песком не испытывались.

Второй вариант был гораздо более простым и распространённым: борта башни опытного «Черчилля» экранировали запасными траками от «Шермана». Первая граната, попавшая в этот экран, не разорвалась — вероятно, из-за попадания в гребень трака. Вторая угодила между траков и привычно пробила броню. Третье попадание было зачётным, но неутешительным: кумулятивная струя пробила и трак, и основную броню — лишь диаметр пробоины оказался несколько меньше. Третий вариант — экранирование канистрами с водой — также смог лишь уменьшить диаметр пробоины.

Была также опробована идея с туго спрессованными одеялами для создания подушки, которая могла бы предотвратить детонацию гранаты, но эксперимент показал, что взрыватель всё равно срабатывает.

Последний «Панцерфауст» использовали на испытания 7-мм экрана, установленного под углом 45°, но граната при попадании в экран не сработала. Было это случайностью или нет, установить не удалось, так как гранатомёты, выделенные для испытаний, закончились. Хотя гарантированная защита так и не была отработана, испытатели выразились довольно оптимистично о варианте с двойным экраном и мешками с песком, а также экранами, установленными под углом.

Судя по дальнейшим испытаниям, ни один из этих методов экранирования не оказался эффективным. Так, 6 октября 1944 года была испытана металлическая сетка, при попадании в которую три из четырёх гранат лёгкого «Панцерфауста 30», выпущенные с дистанции 30 ярдов (27 метров), не сработали. Испытания с гранатомётом «Панцерфауст 60» показали, что сетка от них не помогает, но лучше было иметь защиту хотя бы от лёгких гранатомётов, чем никакую.

В бою сетчатые экраны были испытаны «Шерманами» 7-й бронетанковой бригады. Опыт оказался отрицательным: экраны срывались при езде по пересечённой местности, а порванная сетка обвивалась вокруг башни и могла её заклинить. Установить экраны на «Черчилль» оказалось сложнее, и в апреле 1945 года работы временно прекратили. Испытания складного сетчатого экрана, установленного в 30 дюймах (762 мм) от основной брони, продолжили лишь в августе. Результаты оказались удовлетворительными, но потребность в такой защите уже отпала.

Поиск вариантов традиционного экранирования продолжался, но с тем же результатом. Полевые испытания показали, что «Панцерфауст» с 5-кг гранатой пробивает 200 мм однослойной брони, 150 мм брони с 6-мм экраном, установленным на расстоянии 11 дюймов (28 см), и 100 мм брони с 6-мм экраном, установленным на расстоянии 22 дюйма (56 см). Таким образом, практически любое импровизированное экранирование танков Союзников было бы неэффективно против «Панцерфауста».

Так как к концу войны удовлетворительной защиты от гранатомётов разработано не было, экипажи вешали на свои танки всё, что попало под руку. Уже после окончания боевых действий, в июне 1945 года, штаб 1-й канадской армии провёл исследования способов импровизированного бронирования танков в частях. Самыми распространёнными оказались деревянные экраны: танкисты вешали на борта машин либо один слой толстых брёвен, либо несколько слоёв тонких, а иногда даже фашины.

Второй метод заключался в установке некого подобия немецких «шурценов» — больших экранов из тонкой мягкой стали, которые устанавливались на некотором расстоянии от брони с помощью труб, обрезков железа или других подручных материалов. Третий путь был похожим, но более замысловатым: использовались гофрированные металлические экраны, установленные на деревянных распорках примерно в 50 мм от основной брони.

Эти решения в бою опробованы не были. По мнению автора доклада майора Сангстера, если методы с брёвнами ещё и стоило испытать, то остальные варианты защиты влияли лишь на бодрость духа экипажа, а вот при реальном обстреле не принесли бы никакой пользы.

Профессионалы за работой

Над средствами защиты танков от кумулятивных гранат работали не только сами экипажи, но и испытатели на полигонах в Англии и США.

Самым распространённым вариантом защиты был разнесённый экран. Детонация гранаты на некотором расстоянии от основной брони ослабляла кумулятивную струю и уменьшала пробиваемость — по крайней мере, в теории. Опыты против ранних кумулятивных снарядов показали некоторую эффективность такой защиты, но против более современных не вращающихся кумулятивных снарядов такое решение оказалось неэффективным. При испытании на Абердинском полигоне «Панцерфауст» делал воронку одинаковой глубины как при прямом попадании в плиту, так и при ударе о 0,75-дюймовый (19 мм) экран на расстоянии 12 дюймов (305 мм) от брони.

Испытания гранатомёта «Панцерфауст 100» показали, что дистанция 12 дюймов является переломной: после неё пробитие гранаты падало с 8–9 дюймов (200–223 мм) до 6,6–6,8 дюймов (167–172 мм), однако танков с таким внушительным бронированием у Союзников просто не было. По мнению испытателей, для получения должной защиты экран должен был отстоять от брони на 3–4 калибра гранаты — то есть, на 25–30 дюймов (635–762 мм).

Медаль имела обратную сторону: такое значительное увеличение в габаритах не позволило бы ни одному танку пройти по сапёрным мостам. Тем не менее, положительный эффект от неоптимального экранирования всё-таки был: при разрыве гранаты на экране формирование кумулятивной струи было куда менее регулярным, и даже экран на меньшем расстоянии мог при достаточном везении спасти танк. Разброс в бронепробиваемости существенно рос с отдалением экрана от основной брони.

Испытания также проводились на британском артиллерийском полигоне в Шубэринес осенью 1944 года. Некоторые из опробованных методов экранирования оказались эффективными. 6-мм экран из стали I.T.100 расположенный на расстоянии 11 дюймов (28 см) от брони толщиной 76 мм, спас её при обстреле из «Панцерфауста 30». Экран с 20-дюймовым (51 см) зазором спасал 100-мм основную броню от пробития из «Панцершрека».

Такая схема экранирования не помогала против более мощного «Панцерфауста 60» даже при толщине основной брони 100 мм и обстреле под углом в 30°. Не помог и дополнительный экран толщиной 5 мм, установленный в 5 дюймах (12,7 см) от брони. В общем, испытания в Великобритании дали тот же результат, что и в США: для полной защиты танков от самых мощных кумулятивных гранат требовалась очень толстая основная броня и экран, расположенный на большом расстоянии от неё. Единственным танком в британском арсенале, который можно было защитить даже от «Панцершрека», оказался «Черчилль» Mk.VII, да и то не при обстреле по нормали.

Проводились и эксперименты с другими материалами. Как и в опытах с мешками с песком, броня покрывалась сравнительно лёгким покрытием, которое должно было резко повысить защиту против кумулятивной струи, незначительно увеличивая вес танка. В августе 1944 года по наводке австралийцев прошли опыты с покрытием из нитрата бария, нитрата калия, сухого и мокрого песка. Такое покрытие имело эффект на образование воронки, но по массе было примерно равно мягкой стали, да и технологичность такого решения виделась сомнительной.

В сентябре 1944 года американцы опробовали навесные пластмассовые блоки толщиной 3,5 и 5 дюймов, наполненные алюминиевой стружкой или гравием. Эффективность такого решения была низкой — пластмасса не защищала борт «Шермана» M4A4 даже против «базуки». Испытания, проведённые в сентябре 1945 года с пластмассовыми блоками, наполненными стеклянными шариками, уже были более обещающими, но война к этому времени уже закончилась.

Самым необычным вариантом защиты машины от кумулятивных гранат были шипы. Действие такой защиты заключалось в том, что попавшая в шип боеголовка деформировалась, и даже если взрыватель срабатывал, то эффект от сформированной кумулятивной струи оказался минимальным. Такая защита была опробована против гранатомётов «Панцерфауст 60» и надкалиберных гранат для противотанкового орудия 3,7 см Pak в мае 1945 года, но без особых результатов.

Шип, повредивший гранату до детонации, мог понизить эффективность струи на 50%, но из-за низкой скорости снаряда в большинстве случаев взрыватель срабатывал при контакте с шипом — до того, как граната разрушалась. Шипы работали только при обстреле по нормали, а при попадании под углом эффективность такой защиты была сомнительной. Однако американцы не сдались: уже в январе 1946 года появились результаты испытаний различных кумулятивных гранат против шипов.

Самым эффективным вариантом против «Панцерфаустов 60» и «Панцерфаустов 100» были 6–7-дюймовые (15–18 см) шипы, размещённые на расстоянии 2 дюйма (50 мм) друг от друга. Однако проблему с обстрелом под углом решить так и не удалось, да и нужда в защите от немецких гранатомётов к тому времени отпала.

К окончанию Второй мировой войны ни танкисты, ни учёные удовлетворительного метода защиты от немецких противотанковых гранатомётов «Панцерфауст 60» и «Панцерфауст 100» не нашли. Экраны, разработанные на полигонах, слишком резко увеличивали габариты машины, а методы, применяемые в войсках, влияли лишь на уверенность экипажа в своей броне. Самым лучшим противодействием оказалась тактика пехотного прикрытия: из-за довольно короткой дистанции, с которой можно было попасть в танк, охранение могло расправиться с «фаустником» прежде, чем тот сделает выстрел.

Автор:Пётр Самсонов


Источники:

  1. https://warspot.ru/
  2. Архив Canadian Military Headquarters, London (1939–1947) RG 24 C 2
  3. Technical Memorandum ORO-T-117 Survey of Allied Tank Casualties in World War II
2+

Помощь проекту

Уважаемые читатели! Мы работаем для вас — стараемся подбирать и публиковать самые интересные и познавательные статьи. Если вам нравится то, что мы делаем, вы можете помочь развитию нашего журнала.
Заранее благодарим вас за вашу поддержку!
https://www.privat24.ua
Карта Приватбанк 5168745300344147