2+

Несмотря на попытки англичан вернуть потерянное первое место в мировом танкостроении, самым лучшим танком армий Британского Содружества в годы Второй мировой войны стал американский «Шерман». Эти танки довольно часто дорабатывались под нужды британцев, и тогда на свет появлялись самые необычные машины. Так, среди прочих, на шасси «Шерманов» строились танки-тральщики «Шерман Краб».

Борьба с минами в пустыне

Проблема борьбы с противотанковыми минами довольно остро встала перед британцами ещё в Северной Африке, когда немецкие позиции приходилось атаковать через узкие проходы в минных полях, где танки становились лёгкой добычей вражеской артиллерии. Размен был весьма выгодным для немцев: послевоенные исследования показали, что на каждый обездвиженный британский танк средней стоимостью примерно 200 000 долларов уходило 1942 мины общей стоимостью 32 000 долларов. Автор доклада упоминает, что в безвозвратные потери списывалось всего 25% подорвавшихся на минах танков, но во время наступления, когда каждая минута была дорога, цена даже подбитого танка была слишком высокой.

Данные разведки указывали на то, что это было только началом. Если в начальный период войны немецкая промышленность выпускала примерно 150 000 противотанковых мин в год, то к 1944 году объёмы выпуска выросли как минимум на порядок. Всего же за годы войны немцы применили 25 000 000 мин. Относительные потери от мин также росли: если в 1941 году британцы потеряли на минных полях всего 7% от общего числа списанных танков, то в 1942 году эта статья достигла 17%, а в 1943 году — уже 23%. Эта статистика не учитывала машины, обездвиженные минами и потом выбитые противотанковой или полевой артиллерией — аналитики полагали, что в противном случае потери от мин достигли бы 30%. Особенно сильно танки страдали от мин в Италии, где преследовавшие немцев Союзники были вынуждены продвигаться по узким горным дорогам.

Из общего числа безвозвратных потерь танков Союзников за годы Второй мировой на мины пришлось 20%, при этом данные по разным театрам военных действий они колебались в пределах от 10% до 45%.

Естественно, британцы старались бороться с таким неприятным оружием. Первые работы стартовали ещё в 1939 году, когда Британский совет по механизации (British Mechanization Board) предложил уничтожать минные поля специальной «молотилкой», расположенной перед танком. Принцип был простым: цепи с грузами, прикреплённые к вращающемуся барабану, били о землю, разрушая мины или заставляя их срабатывать на безопасной для танка дистанции.

Испытания начались с установки подобного приспособления на «Матильде». Модификация «Матильда Барон», разработанная компанией AEC, и более простой «Матильда Скорпион», созданный в 1942 году в войсках, показали, что концепция вполне работоспособна. Работы по «Скорпиону» застопорились к середине 1943 года, так как к тому времени на фронте практически не осталось «Матильд», зато к этому времени «Скорпион» силами мастерской REME №7 на Ближнем Востоке доработали для установки на «Шерман».

«Скорпион», установленный на «Шермане», мало отличался от других таких приспособлений. Типичный для такого трала барабан крепился в 7 футах (2,1 метра) впереди танка на высоте 4 фута (1,22 метра) над землёй. К барабану крепились цепи с 4,25-фунтовыми (1,93 кг) гирями на конце. Два вспомогательных мотора «Додж» 222 раскручивали барабан до скорости 125–135 об/мин. Управление моторами осуществлялось изнутри танка, но сами они оставались вне бронекорпуса и были защищены всего лишь 8-мм стальными плитами. «Шерман Скорпион» весил 33 660 кг.

На испытания со «Скорпионом» прибыло два варианта цепей, но вскоре оказалось, что предназначенные для песчаной пустыни тралы довольно быстро ломаются на твёрдом грунте, так что испытания проводились с цепями, сконструированными в Великобритании. Такие цепи оказались тяжелее, и их количество пришлось уменьшить с 42 до 36, но испытания показали, что эффективность трала против мин, установленных на глубине 4–5 дюймов (10–12 см) от этого не страдает.

Конструкция с тросами вместо цепей показала себя лучше, но тросы имели низкий ресурс: после часа работы 16 грузов из 42 отвалились. Испытатели решили, что лучше всего работают цепи британской конструкции с просверленными ради облегчения гирями. Именно с такими цепями трал опробовали на настоящих минах. «Скорпион» уничтожил 10 британских противотанковых мин, уложенных парами, при этом у трала были полностью уничтожены три цепи, пять повреждены до вероятной бесполезности, а ещё семь получил незначительные повреждения. На барабане нашли две вмятины, но на стойкость рамы мины не повлияли. Передачи от моторов тоже оказалась целы.

В 1943 году компания «Сэмюэл Батлер» из Лидса построила ещё один прототип похожего танка, который назвали «Скорпион-коляска» (Pram Scorpion). Спереди к «Шерману» крепился большой барабан с прикреплёнными к нему цепями, приводившийся в движение от ведущих колёс танка, от чего скорость вращения трала напрямую задавалась скоростью танка.

Вариант с «Бароном» оказался более обещающим. Дополнительный двигатель, приводящий барабан в движение, помещался на «Матильде» с трудом, но на более крупном «Шермане» «молотилку» удалось разместить гораздо лучше. Прототип, прозванный «Шерман Лобстер», получился куда удачнее «Барона» и «Скорпиона».

Конструкцию довели до кондиции к сентябрю 1943 года. Улучшенный вариант «Лобстера» назвали «Крабом». В отличие от «Барона», он не имел внешнего мотора, но и неудобного привода от ведущих колёс, как у «Скорпиона», не понадобилось. «Краб» приводился в движение отдельным приводом от трансмиссии, что совмещало преимущества обеих систем. Танк с «Крабом» весил 34,2 тонны. Машина почти по всем габаритам оказалась крупнее, чем «Шерман Скорпион», лишь немного уступая в полной длине в рабочем положении, но отсутствие внешних моторов компенсировало недостатки. На вооружение приняли именно «Краб».

Доработка десятиногого

Принятие на вооружение отнюдь не означало, что у конструкции нет недостатков. Работы по модернизации «Краба» стартовали в начале 1944 года, а на испытания минная «молотилка» «Краб II» вышла в ноябре. Одно из самых заметных изменений заключалось в коробке передач, которая замедляла скорость вращения барабана. Высота барабана над землёй теперь не фиксировалась, а менялась в зависимости от оборотов двигателя.

При прибытии на Испытательный полигон бронетанковых машин (Fighting Vehicle Proving Establishment — FVPE) танк с регистрационным номером Т.150458 осмотрели и взвесили. С серийным «Крабом» он весил чуть более 35 тонн. Осмотр машины показал, что из-за деформации рамы один конец барабана оказался на 2 дюйма (5 см) ниже другого. После работы в течение одного часа и подъёма барабана на 15 минут в верхнее положение рама дальше не погнулась, зато четыре цепи обломались, а семь запутались.

Дальше в течение 19 часов 10 минут работы вхолостую (на этой стадии испытаний мины ещё не применяли) цепи периодически клинило, пока не сломался привод к барабану. Во время испытаний каждый час система по 10 раз поднималась и опускалась с помощью гидравлического привода. Механизм работал безотказно, и его даже не требовалось регулировать, однако проблем хватало. Так, после часа работы закипела вода в системе охлаждения — оказалось, что воздухозаборники забросало грязью и травой. Впоследствии очищать их приходилось довольно часто, при этом выяснилось, что при повёрнутой орудием вперёд башне забашенный ящик защищал воздухозаборники от грязи.

На барабан также установили приспособления для резки колючей проволоки, оказавшиеся неудачными: цепи постоянно задевали за них, и либо рвались, либо застревали, передавая рывки на коробку передач. Цепи также ударяли по шевронам траков: после 5 часов 5 минут работы «Шерман» потерял 31 шеврон со стороны механика-водителя и 23 шеврона со стороны его помощника.

Коробку передач испытывали отдельно. Опытную коробку типа «Альбион» установили под подбашенной корзиной серийного танка «Шерман» с минным тралом «Краб II» с регистрационным номером T.228690. Систему уравновесили таким образом, что барабан находился в 4 футах 3 дюймах (1,3 метра) от земли при скорости мотора 3100 об/мин. При езде в горку двигатель работал на 2700 об/мин, барабан при этом опускался до высоты 3 фута 9 дюймов — 4 фута (1,14–1,22 метра), а при езде с горки при 3300 об/мин барабан поднимался до 4 футов 8 дюймов (1,42 метра). Обороты двигателя ограничили 2900 об/мин, но барабан «Краба» всё равно мотало с 1,14 до 1,37 метра над землёй. На этом этапе испытатели просто зафиксировали барабан на высоте 4 фута 3 дюйма.

Затем начались испытания в объёме 10 часов. За это время машина прошла 132 мили по целине и 144 мили по дорогам. Единственной проблемой была тенденция коробки передач «Альбион» произвольно переключаться на нейтральную передачу. Проблему устранили, изменив рукоятку переключения. К 28 декабря 1944 года конструкцию коробки оценили как удовлетворительную, требовалось только устранить проблему с ходом трала по вертикали.

В начале 1945 года на испытательном полигоне опробовали новую бронировку привода барабана. В первоначальном варианте привод защищался только спереди и сбоку, но такая схема оказалась неудачной. На практике удары о препятствия всё равно повреждали передачу. При новой схеме передача защищалась со всех сторон, при этом броня крепилась не к передаче, а к раме трала. Решение опробовали на танке с регистрационным номером Т.148716 и минным тралом «Краб I». За 8,5 часов работы танк прошёл 14 миль по дороге и 32 мили вне дорог. Новую бронировку переставили на машину Т.228690 с тралом «Краб II», которая проехала 51 мили по дорогам и 41 мили по бездорожью. Дополнительный вес не влиял на работу трала.

После ходовых испытаний машину с тралом «Краб II» выпустили на настоящие мины. Подорвав две немецкие мины, две британские Mk.IV и две британские Mk.V, испытатели повреждений на бронировке передачи не обнаружили. Это подтверждало гипотезу конструкторов: танкисты ломали тралы, ударяя их о посторонние предметы, а не при использованию по назначению.

После опытов с минами танкисты переключились на более серьёзные цели. На скорости 2–3 мили (3–5 км) в час танк таранил 8-дюймовую (20-см) и 10-дюймовую (25-см) сосны. Оба дерева были вырваны с корнями, при этом трал не пострадал. Атака 18-дюймовой (46-см) сосны не увенчалась успехом: при первой попытке свалить дерево без разгона мотор заглох, вторая попытка кончилась тем же. Танк отступил на 6 футов (1,8 метра) и таранил дерево, от чего болты, держащие броню, отвалились, и плита ударилась о привод, повредив его так же, как повреждались приводы со штатной бронировкой. Так как никакого преимущества новое бронирование не давало, проект закрыли.

Танки «Шерман Краб» в основном строили на шасси M4A4 или «Шерман» Mk.V. Мощности мотора хватало для того, чтобы придать «молотилке» нужную силу. Так как поставки «Шерманов» Mk.V начали иссякать, в 1944 году проводились эксперименты с другими модификациями танка. Мотор R-975-C1 у «Шермана» Mk.I оказался слишком слабым.

К теме вернулись, когда в Великобританию начали приходить «Шерманы» с модернизированным мотором R-975-C4. Они давали 253 л.с. полезной мощности, что было сравнимо с 260 л.с. мотора «Крайслер Мультибанк» A57 и чего должно было хватать для работы «молотилки». Испытания провели в январе 1945 года. Передаточное число по сравнению с обычным «Крабом» слегка изменилось: если на «Шермане» Mk.V пропорция скорости мотора и молотилки была равна 10,9:1 то на «Шермане» Mk.I, чтобы компенсировать менее мощный мотор, её изменили до 9,16:1.

Для испытаний британцы взяли «Шерман» с регистрационным номером Т.263161 и заменили его мотор на R-975-C4, снятый с «Секстона» с регистрационным номером S.234951. В отличие от более длинного и тяжёлого «Шермана» Mk.V, «Шерман» Mk.I перевешивало вперёд. По сравнению с серийной машиной, барабан приблизился к земле на 3 дюйма. При езде по ровной местности скорость вращения барабана была схожей (141 об/мин у «пятёрки» и 131 об/мин у «единички»), но на склоне крутизной 10° скорость упала до 123 об/мин и 109 об/мин соответственно. Это сочли неприемлемым, и проект закрыли. Заведующий испытаниями майор Ройс отмечал, что нужной скорости в благоприятных условиях можно было добиться, введя дополнительную коробку передач. Однако оказалось проще переделать в тральщики больше «Шерманов» Mk.V, чем мучиться в поиске новых решений в самом конце войны.

Боевое применение

«Крабы» применялись в северо-западной Европе после высадки в Нормандии. Всего в 79-й бронетанковой дивизии, имевшей за необычную бронетехнику и фамилию своего командира генерала Перси Хобарта прозвище «Игрушки Хобарта» (Hobart’s Funnies), было 50 таких машин. Танки распределили между 22-м драгунским полком и 1-м конным полком лотианских и пограничных йоменов 30-й бронетанковой бригады.

Танки-тральщики собирали в отряды по пять штук. Штатно три машины шли впереди, расчищая проход шириной 24 фута (7,3 метра), ещё два танка следовали по стыкам полос, проведённых ведущими танками, в готовности заменить их, если те выйдут из строя. При атаке в составе батальона предписывалось иметь два отряда спереди, для расчистки общего фронта шириной 14,6 метров, а третий отряд держать в резерве. При атаке целым полком можно было пустить три батальона параллельно или пустить всех «Крабов» из двух батальонов вперёд, держа машины из третьего в резерве. На практике первый вариант показал себя лучше, так как действие при прорыве согласовывал с пехотой командир батальона, но вопрос выбора тактики часто оказывался теоретическим — резерв «Крабов» набрать было сложно.

На практике применять «Крабов» бок о бок оказалось тяжело, так как при работе «молотилка» создавала большое облако пыли. Тогда тральщики оснастили габаритными и сигнальными фонарями, но их качество оставляло желать лучшего. Вместо этого танкисты предпочитали двигаться треугольником: первый «Краб» шёл по центру, ещё два следовали справа и слева от его полосы. Обычно долго действовать не приходилось: танки вызывали проверять подозрительные участки длиной в 600–700 ярдов, а для снятия минных полей, про которые танкисты уже знали, использовали сапёров. На таком участке «Краб» мог уничтожить до 12 мин, после чего его цепи приходилось менять.

В целом танки оставили у экипажей хорошее впечатление, но были и жалобы. Например, танкистам не понравились стеллажи для запасных цепей, расположенные в передней части корпуса — на них скапливалась земля, закрывая обзор механику-водителю, а если там лежали цепи, то оказывалась перегруженной подвеска. В итоге в 1-м конном полку переставили стеллажи на борта танков. Чтобы продлить срок службы подвески, скорость танков строго ограничили 15 милями (24 км) в час. Осмотревший танки представитель техотдела канадского генштаба подполковник Джонсон отмечал, что танки с тралами заметно клюют носом, но потерю клиренса не измеряли.

Цепи, с которыми танкистов послали в Европу, тоже подвергли критике. Они имели привычку перехлёстываться друг за друга и сами за себя, и освободить их получалось только с помощью кувалды. Чем быстрее вращался барабан, тем сложнее потом было вернуть цепь в строй. Это был серьёзный недостаток, так как танкисты не всегда могли выйти из танка и устранить неполадку.

Также взрыв мины мог повредить первое звено и нарушить равномерное распределение ударов цепей. Такая поломка нередко становилась роковой для танка — пропущенные мины попадали прямо под машину. Несмотря на результаты испытаний, показавшие, что дополнительное бронирование передачи не нужно, танкисты жаловались, что она выходит из строя из-за осколков или взрывной волны. Были жалобы и на слабое крепление, из-за чего передача ломалась при ударах об препятствия.

Пыль, поднятая при тралении, отрицательно сказывалась на надёжности машин. Джонсон отмечал, что осенью 1944 года в Нормандии было очень пыльно, и воздушные фильтры «Шерманов» Mk.V в таких условиях не справлялись. Моторы, потерявшие мощность из-за попавшей в них пыли, не были редкостью. Радиаторы одного танка, осмотренного после 30 миль пробега и 10 минут работы в качестве тральщика, были покрыты слоем пыли толщиной 3/8 дюйма (9,5 мм). Джонсон отмечал, что «Краб» лишь усугубляет тяжёлое положение, и экипажи «Шерманов» всех типов требовали спасения от пыли.

Как и другие «игрушки Хобарта», «Шерман Краб» был весьма интересной машиной. Конструкторам удалось создать приспособление, которое превращало танк в эффективный тральщик. Решений проблемы минных полей в годы Второй мировой войны испытывалось немало, но «Краб» стал одним из лучшим среди них.


Автор:Пётр Самсонов

Источники:

  1. https://warspot.ru/
  2. Архив Canadian Military Headquarters, London (1939–1947), RG 24 C 2
  3. Архив NARA
  4. Pat Ware. M4 Sherman Tank Owners’ Workshop Manual: 1941 Onwards (All Variants) — Zenith Press, 2012
2+

от admin