3+

Прибрежные районы Норвегии — дело особое, и я бы даже сказал, — уникальное. Изрезанные узкими проливами между скалистыми шхерами — невероятно трудны для обороны, но с другой стороны — массированный десант там высаживать? Увольте-с, удовольствие для законченных мазохистов — мало того, что вписаться а проливы трудно, так ещё приливные и отливные течени&я создают там такую круговерть, что оказаться на скалах проще простого. А вот для проникновения малых разведывательно-диверсионных групп условия идеальные, чем англичане в войну беззастенчиво и пользовались. С другой стороны — откуда, как не с севера Норвегии отыскивать полярные конвои, везущие в СССР оружие и стратегические материалы? Но вот организовывать в шхерах аэродромы… В общем, тоже, на очень сильно любителя.

Немцам это, разумеется не нравилось, а что делать? Выслеживать и конвои и диверсантов лучше с воздуха, но самолет — не дирижабль, долго висеть не умеет, летать на смену далековато, а нормальное авианесущее судно в эти шхеры не загонишь «по той же причине». Ну, а раз так, — то загонять туда немцы решили авианосец необычный, специально спроектированный для этих диких условий.

«…Корабль построили в 1942-м на верфи Ростока. Немцы задумали серию из трех единиц особого класса – малые шхерные авианосцы. Наши о таких даже и не слыхивали. 1700 тонн водоизмещения, 73 метра в длину, 16 метров в ширину. Авианосец – это все же перебор, наверное, но по три гидросамолета-торпедоносца корабли несли. Были на каждом взлетные катапульты, мощный кран – для подъема самолетов с воды. В машине — два основных дизеля, два вспомогательных, но самое-то главное — уникальные так называемые шнайдерные установки в корме. Долго пересказывать их устройство, сложное оно, как выразился Фёдор Андреевич, «была там занудная система паука», но если совсем уж упрощенно – крутились в корме 12 весел-гидропропеллеров по 250 оборотов в минуту, давали они судну и скорость до 13 узлов, и небывалую маневренность. Корабль мог выписывать немыслимые циркуляции, двигаться лагом со скоростью 3-4 узла, вертеться буквально на пятачке. Такое техническое диво немцы придумали еще до войны для своих минных тральщиков, а уж в войну оснастили им три авианесущих корабля, чтоб они «вьюнами вертелись» в узких норвежских шхерах. Так они и вертелись, неуязвимые, до 45-го года. А там уж по репарациям союзники забрали к себе два корабля, а третий — «Falke», что значит «Сокол», достался Союзу. Поговаривали, «Сокол» этот за войну 16 кораблей утопил. Наши дали ему новое имя – «Аэронавт». Года три потом светлые умы из ленинградских НИИ изучали на нем «шнайдеровы чудеса». Но это уже в 60-х, когда имел «Аэронавт» совсем другую профессию….»

Корабли, как видите, несколько отличались друг от друга: Bussrad имел катапульту большей длины, и направленную вперед, а Friesenland запускал самолеты назад. Каков был доставшийся потом СССР Falke я пока не знаю. Чем была вызвана разница в конструкции? Полагаю, что немцы и сами не знали, как будет лучше — вот и сделали по-разному, а возможно, разница проистекала из разных типов самолетов? Известно, что на авианосцах базировались Dornier Do-18, Dornier Do-24 или Blohm & Voss BV-139. У них, наверняка, разные требования к катапультам? Зенитное вооружение было, но чисто символическое — три установки 20-мм орудий, северные конвои на самолеты были небогаты.

Корабли несли службу весьма интенсивно, и уже к концу 1943-1944 году были вынуждены встать на прикол ввиду исчерпания ресурса с одной стороны и отсутствия у Германии возможностей поддерживать былую активность на Севере. Не до того стало уже, знаете ли, совсем не до жиру… Так, на приколе, эти уникальные корабли и встретили конец войны, после чего их разобрали на трофеи победители. «Falke» отправился в СССР, где получил новое имя «Аэронавт», а «Friesenland» и «Bussard» достались союзникам, которые довольно быстро продали их на металлолом.

Судьба же советского(теперь) корабля оказалась более удачной. В 60-х немецкий трофей много и плодотворно работал на испытаних ракет — мощный кран на корме и уникальная маневренность позволяли ему легко подбирать с воды любые ракеты — ведь там, где нормальному судну пришлось бы долго и аккуратно притираться к искомому объекту — «Аэронавт» проделывал маневр «не глядя».

Незаменим он оказался и при оборудовании баз в заполярье, — приличная грузоподъемность, просторная палуба и тот же кормовой кран позволяли запросто оборудовать базы в самых, казалось бы, труднодоступных с воды местах. Течение вдоль берега? Ерунда — подрабатывая «бортом» — «Аэронавт» стоял, как влитой. А когда пришла пора отправляться в утиль — выяснилось еще кое-что….

«…На металл «Аэронавта» списали в 1972-м. Корпус его притопили в Турдеево. Когда вскрывали обшивку в каютах, на тыльной стороне листов обнаружили надпис&и на русском. Оставили их те наши пленные, кого фашисты загнали на верфи Ростока. Выходит, тридцать лет шли эти письма с чужбины. Сначала в чреве фашистского корабля, а потом уже испытателя советского оружия. Это ли не повод задуматься, как порой не только обстоятельства, но и линии судеб непредсказуемым образом сходятся в исторической или житейской точке. Предугадать такое никому не дано. Этому можно только удивляться…»

3+

от admin