На протяжении всей истории излюбленной и единственной военной тактикой россиян были так называемые «мясные штурмы», в которых россияне заваливали противника трупами своих солдат. Будучи типичной континентальной империей, захватывающей относительно слабые соседние государства, россия, никогда не могла на равных противостоять современным армиям западных государств. Если россии не удавалось заручится поддержкой мощных союзников и если ей не удавалось обеспечить многократного численного превосходства над противником, то, как правило, все её военные компании оказывались провальными. Так было и в Крымской войне, в которой российская империя сцепилась с антироссийской коалицией, во главе с Великобританией, Францией и Османской империей.
5 ноября 1854 года, у восточной окраины Севастополя произошло Инкерманское сражение. В нем российские войска попытались прорвать блокаду и разгромить британский контингент, воспользовавшись тем, что он располагался отдельно и довольно далеко от французов. Но эта попытка оказалась неудачной и обернулась для россиян огромными потерями, несмотря на то, что им удалось создать на участке прорыва внушительное численное превосходство над противником.
Им противостояли всего 7,5 тысяч британцев и 38 пушек, занимавшие позиции к юго-востоку от Севастополя. Несмотря на такое неравенство сил, сокрушить английскую оборону, опиравшуюся на земляные редуты, не удалось. Основной причиной неудачи можно назвать несогласованность действий Соймонова и Павлова. Несмотря на то, что, согласно плану операции, они должны были атаковать синхронно, Павлов, шедший с севера, сильно задержался на переправе через Черную речку. где был всего один узкий мост.
Соймонов, видя, что время уходит, приказал своей дивизии атаковать в одиночку, надеясь, что Павлов его поддержит, но тот успел вступил в бой лишь тогда, когда атака Соемонова была уже отражена, его дивизия отброшена, а сам он — смертельно ранен. Благодаря этому у англичан появилась возможность перебросить часть войск на угрожаемый участок и отбить наступление Павлова.
Неудача атаки, тяжелые потери и гибель командира сильно деморализовали 10-ю дивизию, которая в сражении больше не участвовала. Но 11-я дивизия, усиленная двумя подошедшими из тыла резервными пехотными полками, атаковала вновь. На этот раз ей удалось преодолеть простреливаемый участок, ворваться на британские позиции и завязать штыковой бой.
Они начали теснить англичан, захватили их артиллерию, но тут на подмогу британцам из Балаклавы подошла французская пехотная дивизия генерала Боске численностью 8200 человек. С ходу вступив в схватку, французы одолели солдат Павлова, обратив их в бегство. Бой на этом закончился, цель контрудара российской армии вновь не была достигнута.
Цена этой попытки оказалась очень высокой. В Инкерманском сражении за несколько часов погибло или пропало без вести 3177 российских солдат и 109 офицеров, в том числе два генерала. Общие потери, включая раненых и пленных, достигали 11959 человек. то есть, более четверти от общего числа войск, пошедших в бой.
Потери противника был гораздо меньше. Англичане потеряли 660 человек убитыми, а французы, вступившие в сражение на финальном этапе, убитыми потеряли «всего» 299 человек. Такое соотношение, помимо неудачных и несогласованных действий российской армии, объяснялось еще и значительным техническим превосходством европейцев.
Все французы и большинство англичан были вооружены нарезными винтовками, прицельная дальность которых намного превышала эффективную дальность стрельбы российских гладкоствольных мушкетов. Поэтому англичане могли расстреливать толпы атакующих россиян с дистанций в несколько сот метров, не подвергаясь риску ответного огня.
Кроме того, английская артиллерия использовала шрапнель, а офицеры имели на вооружении шестизарядные револьверы, очень эффективные в ближнем бою. У российских офицеров имелись только однозарядные капсюльные пистолеты, перезаряжать которые во время схватки было невозможно.
Проигрыш Инкерманской битве произвел на всю российскую армию гнетущее впечатление, но с еще бОльшим разочарованием(близким к панике) известие о результатах сражения встретили в Зимнем дворце, там начали осознавать, что победить в этой войне у россии вряд ли получится.
