Перед началом советско-германской войны советскую танковую школу активно бросало в эксперименты, и была проблема постоянного перевооружения. В декабре 1939 года, прямо во время советско-финской войны, на вооружение приняли танк КВ. Правда военных сразу смутил один факт: если бронирование и масса как у тяжелого танка, то почему же на нем 76-мм пушка, как у среднего? Военные сразу смекнули: маловато будет, и надо побольше. Так что пришлось инженерам Ленинградского Кировского завода думать над тем, как ситуацию исправить. И они придумали: установить «бревномет» калибром 152-мм, правда перед этим кардинально переделали башню танка. Ведь чем больше орудие – тем бОльшая башня ему нужна.
Именно так появился танк КВ-2, который стал апофеозом советской концепции «артиллерийского танка». Масса машины выросла практически на 10 тонн, значительно упала скорость, проходимость и маневренность, но, с другой стороны, возросла огневая мощь. Ведь в качестве основного орудия стояла гаубица М-10Т, способная уничтожить любой, из имевшихся в то время, танк противника, и его укрепления. Правда боевая история танков КВ-2 наполнена скорее неудачами и героизмом советских танкистов, а как известно, героизм на поле боя — это зачастую обратная сторона просчетов командования, которые простые солдаты вынуждены компенсировать самоотверженностью и своими жизнями.
Впервые с противником танкисты на КВ-2 встретились еще 22-го июня 1941-го года. Тогда по тревоге была поднята 41-я танковая дивизия из состава 22-го механизированного корпуса, которая выдвинулась, чтобы прикрыть районы Бреста, Дубравы и Владимира-Волынского. В составе дивизии был аж 31 танк. Правда, и немцы не подкачали, с помощью авиационной разведки они быстро обнаружили приближение двух танковых полков из состава дивизии и нанесли по ним артиллерийский удар. Сразу два танка КВ-2 были повреждены, им повредили ходовую часть. Впрочем, это была не самая главная проблема, связанная танками КВ-2.
В составе дивизии в принципе не было снарядов для этих танков!
В последующем это отразил в своем донесении командир дивизии П. П. Павлов, который прямо написал:
Из числа потерянных танков два танка КВ остались в тылу противника, героически сражаясь, нанося большие потери противнику, ведя только пулемётный огонь, так как снарядов ни одного не было, их в 41-ю ТД не выслали, как и дизельного горючего… 31 КВ, вооружённые 152-мм пушкой с морской башней, ни одного снаряда не имели…
Потом оказалось, что войска получили танки всего за неделю до начала войны, и экипажи не особо поняли, что это за танки и что с ними делать. А несколько машин оказались и вовсе неисправными. Интересен тот факт, что командиры каким-то образом зафиксировали применение противотанковых ружей против КВ-2, мол, есть небольшие пробоины, глубина которых около 50 мм. Впрочем, это, скорее всего, были не ружья, а попадания немецких 37-мм противотанковых снарядов, быть может, даже подкалиберными боеприпасами.
Стоит так же рассказать и о другом эпизоде, который произошёл в полосе наступления немецкой 19-й танковой дивизии, она сражалась в составе 3-й танковой группы генерала Германа Гота. Так, 28 июня 1941 года произошёл бой в районе деревни Матюки, когда двум танкам КВ-2 удалось прорваться на немецкие позиции, которые противнику еле-еле удалось остановить. В дальнейшем немцы указывают на тот факт, что обычными противотанковыми пушками их не взять.
Но это был один из немногих случаев, когда советским танкистам удавалось воспользоваться возможностями КВ-2 и его пушкой. Так, в основном эти танки ломались, уничтожались пикирующими бомбардировщиками противника, или просто становились бесполезным куском железа без топлива и снарядов и подрывались своими же экипажами. В конце хочется привести такую цитату из доклада начальника Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта начальнику Главного автобронетанкового управления от 3 июля 1941 г.:
…Отсутствие средств эвакуации, запасных частей для «КВ» и «Т-34», наличие заводских дефектов, неосвоенность эксплуатации, недостаточная обученность личного состава, слабая разведка противника в противотанковом отношении, систематические бомбардировки на марше, в районах сосредоточения и в наступлении, при большой маневренности 800-900 км без прикрытия нашей авиацией, отсутствие взаимодействия с артиллерией, [на] почти танконедоступной лесисто-болотистой местности, упорное сопротивление со стороны преобладающего противника и отсутствие бронебойных снарядов для «КВ» и «Т-34» — привело механизированные корпуса к огромным потерям и к небоеспособности с оставшейся в наличии материальной частью…
