Традиция давать личные имена военной технике, и танкам в частности, перекочевала из военно-морского флота. Впрочем, это не единственное, что танки заимствовали у флота. Первые танки взяли у флота не только традицию «нейминга», но и некоторые технические компоненты, такие как компасы, спонсоны (а затем и поворотные башни), перископические прицелы и т.п.
Неофициально первые танки носили название «Маленький Вилли» и «Большой Вилли», он же «Мать». Официальное же название «Матери» было более пышным — His Majesty’s Land Ship «Centipede» («Наземный корабль Его Величества «Сороконожка»).
Поэтому, вполне логично, что раз «корабль», значит, и называться должен как корабль, то есть с флотским префиксом. Кстати, даже род существительного перешёл к первым танкам от кораблей. В документах времён Первой мировой танки часто женского рода: she (она), как и корабли.
Позже префикс и вовсе отменили: флот — флотом, а у британских танкистов и собственная гордость есть. А танки стали называть просто Landship (лэндшип) — название прижилось.
Помимо префикса у танков были имена, придумывали которые командиры и экипаж. Как правило, первая буква названия соответствовала букве, которой обозначалась рота. И, разумеется, нельзя было использовать названия, оскорбительные для королевской семьи.
В остальном — полная свобода творчества: кто-то упражнялся в остротах, как экипажи H.M.L.S. «Мы все внутри» и «Летучий шотландец», кто-то называл танк по названию семейного поместья («Каса»); в широком ходу были библейские («Далила») или просто женские имена («Долли», «Чёрная Бесси»).
С некоторыми названиями связаны курьёзные истории. Падчерица Стюарта Хасти, командира танка D17 «Диннакен», вспоминала, что имя боевой машины появилось так: после первых боёв к Хасти подошёл репортёр и спросил, как называется танк. Стюарт то ли не расслышал вопроса, то ли хотел побыстрее отвязаться от назойливого газетчика, поэтому ответил: «Dinnaken», то есть на шотландском языке — «Я не знаю». Так неожиданное имя попало в прессу, а заодно и в историю.
В других странах, традицию давать боевым машинам имена оценили и подхватили — с некоторыми местными отличиями. Французы, например, давали имена даже небольшим Renault FT-17, а немцы предпочитали называть танки женскими именами — «Анхен», «Кэти», «Марианна» и так далее. А пару трофейных «ромбиков» немцы назвали в честь персонажей известной сказки: «Макс» и «Мориц» («Макс и Мориц. История мальчиков в семи проделках» — произведение немецкого поэта-юмориста Вильгельма Буша).
В Россию танки попали уже во время Гражданской войны, однако и тут традиция прижилась. Белые, как правило, называли танки в честь каких-нибудь военачальников — «Генерал Корнилов», «Генерал Дроздовский» — либо давали нейтральные имена: «Сфинкс», «Бурый медведь». В ход шли даже лозунги («За Единую Россию», «За Русь Святую»), но реже.
А вот отличительной особенностью имён красных танков была чрезмерная идеологическая окраска и лозунги вроде «Борец за Свободу тов. Ленин», «Наш ответ Чемберлену», «Подарок Ллойд Джорджу» или «За Социализм».
В период между мировыми войнами традиция не умерла, напротив — в чём-то даже упорядочилась. Французы уже давали имена танкам централизованно, на стадии производства. Например, первый из Char B1 bis получил имя «Франция».
Последующие танки называли в честь французских рек, городов, провинций, колоний и даже кораблей французского флота.
Британцы и американцы продолжили традиции танкового «нейминга» с Первой мировой. С той лишь разницей, что техники стало куда больше, а американские солдаты давали имена чему угодно — от самоходки до автокрана.
У немцев названия боевых машин хоть и встречались, но реже.
В СССР продолжили старый курс: много лозунгов, либо выхолощенные нейтральные имена вроде «Владимир Маяковский» или «Боевая Подруга». Товарищи политработники бдили.
Настоящее время
Традиция жива по сей день в различных армиях мира. Например, англичане и французы бережно относятся к своему прошлому и называют современные машины именами прославленных военачальников или великих сражений.
Первая серия ОБТ Leclerc получила имена: «Арес», «Баярд», «Карно», «Дюрок» и «Эстьен». Последнее название — в честь «отца» французских танковых войск, Жана-Батиста Эжена Эстьена.
На фото ниже танк AMX-30 с именем «Смоленск», названного так в честь крупнейшей победы Наполеоновской армии и взятия города Смоленск, в августе 1812 года. Это сражение имело судьбоносное значение, фактически, открывшее французам путь на Москву.
А вот новый «Смоленск» в 90-е — это уже ОБТ «Леклерк».
Кстати, танк «ЛЕКЛЕРК» с именем «Маршал Леклерк» у французов тоже есть.
У американцев традиция давать имена боевым машинам не просто живёт, но активно развивается, реагирует на политическую ситуацию и даже на твиты Дональда Трампа. Через некоторое время после того, как он опубликовал ставшее мемом сообщение: «Despite the constant negative press covfefe», обнаружилось фото САУ M109 «Паладин» с именем Covfefe («Ковфефе»).
Кстати, до сих пор живёт обычай давать имена по букве, обозначающей роту или батальон. К примеру, названия всех машин из 64-го танкового полка начинались с буквы «B» — Big Punisher — «Большой каратель», Baghdad Bound — «На Багдад»…
Источники:
https://ru.wikipedia.org/
https://dzen.ru/mirtankov
